– Это упрощает дело… На досуге, бог даст, побеседуем, почему я ничего не знал о таком охраннике на борту. А сейчас доложи обстановку. Мы видели твою атаку и наблюдаем, как солдаты монтируют новый энергатор. Теперь они стерегут все подходы.

– Следовало ожидать, – хмыкнул Алан, – мы их полтора десятка перебили, а сами потеряли лишь двоих. Вояки!.. – Но тут же собрался и четко доложил: – Цель проведенной операции – захват стационарного энергатора и разрушение с его помощью открытого переходного канала. Задачу выполнить не удалось из-за неверной оценки времени – к моменту атаки противник не закончил монтаж. Нас было семеро, шесть членов экипажа и я. Осталось пятеро. В бою добыли оружие.

– Что можешь сказать о солдатах?

– Первый этап, захват энергатора, прошел сравнительно легко: нам противостояли безоружные техники – они не бойцы. Мы отступили только перед численно превосходящим вооруженным противником, и то не сразу – нанесли ему значительный урон.

– Скажи уж, нанес. Не скромничай, – перебил я. – Ты и перестрелял первый десяток, после чего твои ребята разжились оружием.

– Так точно, – не сморгнув, подтвердил Алан. – Но пока отходили, несколько раз вступали в перестрелку и уложили еще нескольких. Тут уж отличились и ребята. Подготовка солдат – уровень среднего десантника. По десятибалльной градации Академии Службы космической безопасности примерно так: стрельба по неподвижной цели на верное поражение – семь, по движущейся цели – два, рукопашный бой – пять, живучесть в рукопашной – три. Приемами мгновенной точной стрельбы не владеет никто.

– Ну, ты расписал сосунков каких-то, а не солдат. Не зазнаешься?

– Выражаю личное мнение, господин генерал. Это действительно не агенты нашей Службы…

– Кстати, откуда знаешь про их способности в рукопашной? Ведь дрался ты только с техниками?

– Не только. В коридорах при отходе пришлось поработать: берег заряды в энергаторах. Ну и общее впечатление… Одного, сержанта, взял в плен.