Скалли скинула с головы мокрое полотенце, пригладила вымытые волосы и открыла дверь.

На пороге стоял Малдер.

Костюм его был измят, и весь в хвое и прочем лесном мусоре. Волосы взъерошены. Но выражение бледного лица было спокойным.

— Можно я войду? — спросил он, как-то нерешительно.

— Да, конечно, Малдер. — Скалли отступила в сторону. — Заходи. Что случилось?!

— Случилось? — переспросил он как-то отрешенно. — Я…

Он пытался вспомнить что случилось, но в сознании осталось только драка на стоянке, потом темнота, какие — то смутные разговоры, падение в ночь, и, что-то еще, что-то неприятное, отвратительное…

И еще болела шея.

Скалли просто физически почувствовала, как адреналин заполняет ее кровь. Он шлялся где-то больше суток, она тут думала невесть что, а он…

Она набрала в грудь побольше воздуха.

— Я… Меня ударили по голове, по-моему. И потом я был в лесу. Долго шел.

Малдер сокрушенно взглянул на свой костюм.

— Я должен был прийти к тебе. Потому что, только ты сможешь мне помочь.

Скалли выдохнула воздух обратно. В ней заговорил врач.

— Ударили по голове? — Она потянула Малдера за рукав к креслу. — Сядь сюда, я тебя осмотрю.

Действительно на затылке она обнаружила гематому. Крови не было. Она нежно взяла Малдера за подбородок и подняла ему голову вверх. Зрачки были расширены до предела. Ей сразу пришла в голову мысль о каком-то препарате.

— А это что? — она увидела следы крови на рубашке. Скалли уверенными движениями развязала галстук (все же у нее был брат, на котором можно было попрактиковаться в таком важном деле).

Лицо Малдера скривилось. Он немного отвел голову.