— Что это ты покраснела, Элли? — спрашивает Надин.

— О боже, разве?

— Да ты вся красная! В чем дело?

— Так, ничего.

— На кого ты смотришь? — интересуется Магда, вернувшись с соломинкой. Она осматривается и моментально разоблачает меня. — Ты что, кокетничаешь с тем парнем из Холмерской?

— Нет.

— Что за парень? — вертит головой Надин.

— Не оглядывайся! Он на нас смотрит.

— А мы на него посмотрим, — говорит Магда. — Что он там делает, пишет?

— По-моему, он рисует, — говорю я.

— Что рисует?

— Меня!

Магда и Надин смотрят на меня. Похоже, они обе несколько удивлены.

— Зачем это он тебя рисует? — спрашивает Надин.

— Не знаю. Такое… дурацкое ощущение, — говорю я, а его взгляд все так же движется вверх-вниз — то на меня, то на страницу.

— А ты возьми и тоже его нарисуй, — говорит Магда. — Давай, Элли!

— Я буду выглядеть глупо.

— Ничего подобного. Давай! Он тебя рисует, а ты его, все справедливо, — говорит Магда.

— Ну, ладно.

Я начинаю рисовать. Я стараюсь придать портрету карикатурный оттенок, глаза рисую маленькими, как бусинки, волосы еще длиннее, чем на самом деле, поза напоминает охотничью стойку. В руке у него я рисую альбом с крошечным изображением меня самой. На картинке я согнулась над своим альбомом и рисую миниатюрный портрет мальчика.

— Здорово! — одобряет Магда.

— Выходит, ты рисуешь, как он рисует, как ты рисуешь… Ой, у меня даже голова закружилась, — говорит Надин.

— Смотрите, он идет сюда! — говорит Магда.

— Что? — Я поднимаю глаза.

Магда права — он идет к нам и по-прежнему не сводит с меня глаз.

Я поскорее захлопываю альбом и кладу его к себе на колени.