Смеяться – это наш долг.

Интерлюдия

Возвращаясь немного назад…

Где-то между днём и ночью, в сумерках, в мрачной комнате лежала девушка. Одежда её была расстёгнута. Она не двигалась.

Мантикор приблизился к ней.

В комнате было тихо.

Медленно, элегантно, он склонился над лежащей девушкой.

Он убрал её волосы назад и поцеловал в лоб.

Стал опускаться к её носу, затем к подбородку, шее, груди и животу, облизывая каждую часть тела и оставляя тонкий синий след. В разных местах слюна была разного цвета.

Когда Мантикор полностью вылизал девушку, он убрал язык.

Её тело стало меняться.

Кожа, треск, треск, начала лопаться и вскрывать внутренности.

- …

Мантикор глянул в пустоту.

Процесс продолжался, тело девушки крошилось на мелкие кусочки, как статуя из грязи на солнце.

В воздух поднимался пурпурный дым.

Мантикор вдохнул его ртом.

Дым поднимался всё выше и выше, словно в газовой камере повернули кран, но Мантикор продолжал вдыхать этот дым. Горло двигалось, поглощая его.

Когда Мантикор заглотнул последнее облако, он высунул свой прекрасный язык. На губах была красная помада.

Из уголка рта потекла капля и скатилась на подбородок. Эта капля дыма была цвета крови и плоти.

Она была ни чем иным, как остатком девушки, или дымом.

Ох-хо-хо!

Ох-хо-хо!

Ох-хо-хо-хо-хо-хо!..

Мантикор смеялся во тьме.

Её звали древней Персиянкой, имея в виду "Людоеда".

Этот утончённый смех расцветал, как утренняя роза, торжественно благословлявшая зло.

Глава Вторая

Возвращение Ведьмы Огня

Суэма Кадзуко

Второй год обучения, класс "D"

1.

В последнее время среди учениц вторых классов стали распространяться странные слухи, или, точнее, истории о призраках.