- Она мне всё рассказала. Она подсела на какой-то странный наркотик. Но ты спасла всех девушек.

- Может быть… А, может, и нет.

- Как? Откуда ты узнала? Как? – неумолимо допытывалась я.

Наги ещё раз посмотрела мне прямо в глаза.

Я чувствовала, как бьётся моё сердце. Несомненно, она была симпатичной. У меня возникло такое чувство, будто она вот-вот скажет: - При помощи магии.

Но она сказала другое: - Мой отец умер, когда мне было десять лет.

- Д-да, - заикалась я, почувствовав, что должна что-то ответить. Она продолжала, словно её не волновало, слушала я её или нет.

- Когда он умер, моя мать уже не жила с нами, поэтому в доме мы были одни. Он никогда не пил и не гулял с женщинами. Всё, что он делал – работал. Однажды я пришла со школы и нашла его лежащим на полу. Я вызвала "скорую", и мне ничего не оставалось, как ждать, пока он не начал блевать кровью.

Он спросил: - Наги, как ты думаешь, это нормально?

Я не понимала, о чём он говорит, поэтому просто трясла головой.

Он сказал: - Нормально, что ты всех потеряла и даже ничего не успела сделать? Если ты не такая, тебе нужно сделать что-нибудь ненормальное. Вот почему я…

Это были его последние слова. Он потерял сознание и больше никогда не приходил в себя. Он умер от перфорации желудка – его внутренние органы просто расплавились. Отвратительная смерть. Я слышала, что когда доктор проводил вскрытие, пошёл такой запах, что даже видавшие виды медсёстры начали блевать.

Как же так? Я просто не понимаю, как после такого можно жить нормальной жизнью?

Она затихла.

Я ничего не сказала в ответ. Тогда она добавила: - Это комплекс мессии.

- П-правда?

Всего лишь взглянув на неё, можно было понять, что она скрывает свою красоту. Я вдруг поняла, что смотрю на её тонкие губы и, почему-то, не могу смотреть ей в глаза.

- Я психически нездоровая. Получить такую травму в детстве и врагу не пожелаешь.