Сам по себе это замечательный поступок. Ничего подозрительного в этом не было. Однако что-то тревожило край его сознания. А когда что-то тревожило его, то он имел привычку искать, что это такое. Имел звериный нюх, и больше всего доверял своей интуиции. Благодаря этому уже не раз спасался от неминуемой гибели. Возможно, и в этот раз слово «насилие» стало для него ключевым словом. Эта старая дама была чувствительной к проблеме насилия, а потому охотно приняла под свою защиту его жертв.

Усикава решил посмотреть на это убежище, стоявшее на холме в престижном жилом районе Адзабу. Дом оказался старым, но по-своему привлекательным. Сквозь щели в решетчатых воротах перед парадной дверью с резным стеклом виднелась замечательная клумба и просторный травянистый двор. На землю падала тень большого дуба. В последнее время такие дома стали редкостью.

И, в противовес мирному облику здания, средства его охраны поражали необычайной строгостью. Каменная ограда с колючей проволокой сверху. Наглухо запертые крепкие железные ворота, за ними - немецкая овчарка, которая неистово лаяла, когда кто-то приближался. Несколько наблюдательных видеокамер. По улице мимо дома почти никто не проходил, а поэтому надолго останавливаться не годилось. В этом спокойном жилом квартале содержалось несколько иностранных посольств. Если бы такой действительно подозрительный человек, как Усикава, здесь слонялся, то на него сразу кто-нибудь обратил бы внимание.

«Однако охрана чрезмерная. Вряд ли она должна быть такой, даже если речь идет о приюте для жертв насилия. Надо узнать побольше о нем, - думал Усикава. - Какой бы ни была охрана, сквозь нее надо пробиться. Тем более если она такая суровая. Для этого придется придумать какой-то способ. Хорошо поломать голову ».