Целыми днями она неутомимо высматривала Тэнго. Книг не читала, музыки не слушала, а прислушиваясь к внешним звукам, не спускала глаз с парка. Даже позы почти не меняла. Лишь иногда поднимала голову - если вечер был безоблачным - и, поглядывая на небо, убеждалась, что там висят две Луны. А потом снова немедленно вглядывалась в парк. Аомамэ наблюдала за парком, а Луны - за Аомамэ. Однако Тэнго не появлялся.

В вечерний парк наведывалось немногие. Иногда показывались пары молодых влюбленных. Они садились на лавочку и, сжимая друг другу руки, как пара птиц, нервно и коротко целовались. Но поскольку парк был слишком маленьким, а освещение слишком ярким, они чувствовали себя там неспокойно, а потому вскоре переходили куда-либо. Случалось, что некоторые заходили в парк, чтобы воспользоваться общественным туалетом, но, увидев, что его заперли, разочарованно (или и сердито) уходили вон. Среди заходивших в парк были и служащие фирм, которые по дороге домой садились на скамейку и, наклонив голову, пережидали, когда выветрится хмель. А возможно, не хотели сразу возвращаться домой. В полночь там прогуливал собаку одинокий старый старичок. И собака, и старичок - молчали – они, казалось, потеряли всякую надежду.

И почти всегда в вечернее время людей не было видно. Даже ни один кот мимо не проходил. Безликое свет ртутного фонаря выхватывал из темноты только качели, детскую горку, песочницу и замкнутый общественный туалет. Насмотревшись продолжительное время на такой пейзаж, Аомамэ иногда волновалась - ей казалось, что она осталась на безлюдной планете. Как в фильме, в котором описан мир после атомной войны. Какое же его название?... «На берегу».