Все были заняты вполне привычным делом, не ломая себе голову, что завтра противником будут не опереточные армии очередной карликовой республики, вздумавшей побряцать оружием в расчете на заморские гранты и поставки, а одна из самых подготовленных и успешных армий последних двух лет. Солдаты и офицеры верили в себя, в свое оружие, в своих командиров, и собирались выполнить воинский долг так, как того требовала присяга, пусть сейчас государство, которое они собирались защищать, называлось несколько иначе. Но ведь родились и выросли они именно в этой стране, хотя и спустя много лет. И, наверное, многие из них в глубине души думали, что вот теперь, здесь и сейчас, они смогут сделать так, что не будет тех десятилетий, когда их Родина превращалась в удобный сырьевой придаток для более циничных и прагматичных лукавых «друзей».

— А давай-ка, генерал, сходим к твоим особистам, что они там наработали с задержанными, — Ледников легко поднялся и подтолкнул задумавшегося о чем-то Веткача.

Тот как-то сразу подобрался, посмотрел на своего старого сослуживца и хмыкнул:

— Надумал что, или просто на предков любопытно глянуть?

— Судя по тому, что ты так хитро смотришь, сам тоже что-то крутишь в голове не самое уставное? — не остался в долгу Лаврентий Георгиевич.

— Не дает покоя мысль, что взаимодействия с местными военными у нас никакого, как бы еще больше дров не наломать, чем было на самом деле. Пошли, заодно я вызову Лисова, он большой мастер выдумать нестандартные ходы.

И они направились к неприметному особнячку, скрытому в небольшой рощице за штабом. Домик ничем особо не выделялся среди остальных зданий, даже количество разнообразных антенн и других технических загогулин не шло ни в какое сравнение с тем же центром связи бригады.

Среди личного состава к этому зданию прочно прилипло прозвище «Лубянка», хотя о какой-либо скрытой, а тем более открытой неприязни между обычными военнослужащими и контрразведчиками и речи не было.