– А смогут ли Совэтскиэ военно-морскиэ силы обэспэчить высадку Совэтской Армии на бэрэгах Великобритании? – неожиданный вопрос Сталина не застал Кузнецова врасплох:

– При устойчивом превосходстве советской авиации в небе над Ла-Маншем – да.

– А без такового?

– Маловероятно. Это в принципе возможно – все же Ла-Манш не Атлантический океан, но в таком случае я гарантий дать не смогу, товарищ Сталин.

Вождь задумчиво посмотрел на карту. Затем, словно что-то решив, негромко сказал:

– Превосходство в воздухе у вас будет. И на море тоже.

На лицах сидящих отразилось удивление.

– Вы рассмотрите такой вот вариант. Плывет себе по океану авианосная эскадра. Даже, можно сказать, флот. Линкоры, авианосцы, тяжелые и легкие крейсеры, эсминцы. И вот, на радарах появляется несколько отметок – вражеские самолеты. Отметок немного – скажем, штук пятнадцать.

Ледников начал догадываться, к чему клонит глава СССР. Тот продолжал:

– Скажите, товарищ Кузнецов, вот что вы будете делать, как командующий эскадры?

Главком, не задумавшись не на секунду, ответил:

– Несомненно, прикажу дежурной группе самолетов сблизиться с противником. Объявлю боевую тревогу.

– На каком расстоянии ваши самолеты должны будут вступить в бой?

Кузнецов, не понимая подоплеку вопроса, собрался, было, отвечать, когда Сталин сказал:

– Мы применим специальные боеприпасы для уничтожения англо-американского флота, – в главном кабинете страны повисла тишина. Неожиданно высказался Ворошилов:

– А что, мне нравится! Одна бомба – а потом наши подлодки добивают противника. Несколько раз повторим, после чего будем контролировать океан. Прекрасная задумка, товарищ Сталин!

– В принципе, это действительно логичное решение. Тем более что наши ТРК и авианосцы после этого смогут добить остатки флотов Союзников, – командующий советскими военно-морскими силами несколько неуверенно закончил предложение.