- Ты куда?

- Гуляю.

- Пошли к нам.

Лена согласилась.

Инна была оживленной, веселой. В плетеной сумке несла апельсины. Те самые, присыпанные снегом.

- Чего давно не приходили? - Это она имела в виду не только Лену и Юру, а всех остальных ребят. Они часто приходили в комнату к Григорию Петровичу: то редколлегия стенгазеты, то готовились к контрольной работе, то обсудить план лыжного похода, то просто так, отогреться, попить чаю.

- Много задают уроков, - неопределенно ответила Лена.

- А у меня была курсовая работа. - Инна училась в технологическом институте. - Просидела неделю не разгибаясь. Ночью линейный ускоритель снился.

- Конкретное мышление, - улыбнулась Лена. - Библиотека снов.

Инна продолжала рассказывать о курсовой работе, которую она сдала самому профессору Зайцеву, а сам профессор Зайцев во время лекции сказал на всю аудиторию, что студентка Корнилова блестяще доказала чувствительность радиоактивационного анализа.

- Да ты не слушаешь?

- Извини.

- В школе чего-нибудь?

- И в школе.

- Грустить вредно - морщинки от этого.

- И улыбаться вредно - тоже морщинки.

- Придем домой - апельсинами угощу. Стипендия... Долги отдали...

- Возможности... Инна, ты не знаешь, что такое "бибифок"?

- Шубы из детенышей нерпы.

- Из детенышей?

- Да. Как будто.

- А правда, что айсберги рождаются в полнолуние? Откалываются и плывут. - Лена говорила, лишь бы о чем-то говорить.

6

Юра подошел к Лене:

- Ты... того... прости, а?

Лена ничего не ответила. Не из-за упрямства. Было приятно услышать от Юры эти слова. Она смотрела на него: наконец перед ней Юра такой, каким она его знала. С каким дружила.

Юра помолчал, а потом еще сказал:

- Леша!..

Глупый, глупый Юра. Она простила его сразу, как только он подошел.