Он не запрещал Саше заниматься на своих уроках решением теоремы Ферма. И даже спорил с Сашей о теории чисел и о пифагоровых тройках. Саша не сдавался и выдвигал свою теорию чисел и пифагоровых троек. Говорили, что на педсоветах завуч Антонина Дмитриевна жаловалась на Василия Тихоновича - он объединенными занятиями путал ей расписание.

И в дневнике школы он делал свои резолюции. Подменял директора этими резолюциями. Вера Николаевна только смеялась, постукивала о зубы тоненьким карандашиком. Ведь никто не знал, что это смеялась и девчонка из 9-го "А"...

К Шалевичу и Хачатурову подошла Майя. Поглядела на их баскетбольные проценты:

- Жалобы турка!

- Знаешь что... - закричал Шалевич. - Знаешь что...

- Ап! - засмеялась Майя и подошла к Лене: - Не кончила?

- Кончила. Письмо пишу. Деловое.

- Бал будет. Слыхала?

Лена убрала письмо. Если подошла Майка, то уже не напишешь ничего.

- Платье сошью. И туфли к нему золотые.

- Как - золотые?

- Покрашу бронзовым порошком. Продается в хозяйственных магазинах.

- Ну Майка!..

- Старенькие летние туфли покрашу, и все. Эскиз. Только ты молчи.

- Лена, - толкнул Лену сзади Сережа, - электроновольты в эргах?

- Соображай, ребенок! - засмеялась Майка.

- У меня все соки в рост, Маечка.

- Шалевич возьмет в команду. У них с процентами что-то.

- Опять! - вскипел Шалевич. - Выкатывайся из класса и не мешай...

- "На тебе сошелся клином белый свет..." - пропела Майка.

Потом снова начала говорить Лене о платье и туфлях.

- Летом у меня были сиреневые с полосатым каблуком. Это я сама. Акварельными красками.

- О чем вы здесь, девочки? - подсела на край парты Жирафчик. Она тоже закончила работу.

- О платье. Для бала.

- Придумай для меня платье, Майя.