Увлеченные мщением, ведьмы не заметили ни Клинча, ни вбежавшего следом Развнедела, который крепко держал в охапке Аесли. У попавшей из огня да в полымя троицы еще имелся шанс улизнуть, если бы не Сен. От удивления забыв о пропитавшей его тело хочуге Решительности, мальчик хотел шепотом спросить «Что здесь происходит?», но вместо этого заорал во весь голос:

– Наших бьют!

Очень решительный и, как следствие, очень глупый поступок. Ведьмы развернулись на звук и радостно завопили:

– Попались, голубчики!

– Эй! – возмутился майор. – Это моя реплика!

Но долго возмущаться ему не дали – дружный залп из полусотни волшебных палочек продемонстрировал, что голубчики действительно попались.

Клинч, Развнедел и Сен опрометью бросились кто куда: бывший спецназовец – за ректора, уважаемый профессор – за спецназовца, а отважный первокурсник… к МакКанарейкл.

Небо над Первертсом

– Нас заметили! – прокричала Мергиона на ухо Рыжику. – Как удачно!

– Заворачивай! – энергично откликнулись сзади. – Заворачивай, кому говорю! Авантюристка!

Похоже, Кисер не разделял мнения Мергионы об удачности происходящего. Вцепившись во второй горб, он безумными глазами смотрел на приближающуюся зеленую колону, густо усеянную шевелящимися мохнатыми тенями.

Зачем же эгоистичный волшебный кот полетел с авантюристкой, спросит читатель, у которого дома не живут коты. Он же мог в любой момент перенестись в безопасное место. Что его удерживало? Доброта? Самоотверженность? Желание помочь людям? Читатель, у которого дома есть коты, уже саркастически усмехается. Остальных придется разочаровать. Кисера удерживала на верблюжьем горбе обыкновенная лень.