– Отец Браунинг! – завопил Асс, врываясь в кабинет. – Наконец-то! Аллилуйя! Вы должны меня выслушать! Я столько перенес за последнее время! Я все перенес за последнее время!

Сыщик кротко выслушал вторую исповедь, в ходе которой кающийся не столько каялся, сколько тыкал пальцем в ректора.

– …сами натаскали, говорит, сами и убирайте! Представляете? Так и сказал. Я к паукам, дескать, несите обратно, а они ни в какую! Пришлось мне самому, представляете? А там этот Клинч…

– Кстати, а где они? – спросил Браунинг.

– Кто?

– Пауки-поисковики?

– А! Я дал им новое задание.

– Новое задание? – Лужж и Браунинг посмотрели друг на друга.

– Да! На этот раз я поступил еще умнее. Представляете? Я дал им подробное описание Мордевольта – фиолетовая мантия, пронзительный взгляд, в руках Труба Мордевольта – и приказал искать не тольков Первертсе, а везде. И пока не найдут, чтобы на глаза не показывались. И что вы думаете? Только их и видели!

– Ну и Гэндальф с ними, – сказал пастор после паузы. – Справимся сами. Что ж, уважаемый Фантом, пойдемте осмотрим место преступления и поищем улики.

– Все эти улики только сбивают следствие с толку, вы уж мне поверьте. Проще надо быть! Просто наброситься и захватить преступников!

– Договорились. Я буду смотреть, а вы набросаете пока план захвата.

– А я, – гордо сказал Лужж, – буду читать. «Отче наш» – раз, «Отче наш» – два, «Отче наш» – три…

Следы и траектории

Оставив ректора считать искупительную молитву, сыщики отправились к месту преступления. Асс тут же принялся вводить коллегу в курс дела.

– Вы в курсе, что у нас огромный выбор подозреваемых преступников? Кто вам кажется наиболее оголтелым? Мне – Мордевольт. И Клинч. И Харлей. Особенно Харлей. Хотя Мордевольт больше. Если не считать мадам Камфри. А как насчет Долорес Пузотелик? Нет, это я глупость сказал. Я хотел сказать, как насчет Лужжа? И мне он тоже подозрителен. А может все-таки не он? Или все-таки он? Ладно, эту версию проработали. А может, это Бальбо? Неожиданно, правда?