- Хорошо. Еще кто?

- В семь совещание с координационным советом по поводу празднования дня Победы и Октябрьской Революции.

- Ясно. Это все?

- Интервью еще есть, про которое из НКИД просили решить, когда оно будет, если будет.

- Кому? - как ни странно, до сих пор таких просьб было не так, чтобы много. Весь мир ждал, чем завершится дележка власти в СССР. Судя по всему, кто-то решил, что Драгомиров уже победил техническим нокаутом. По крайней мере, "партия партии", как назвал сторонников усиления влияния КПСС в ущерб Советов Берия, осталась практически без поддержки.

- "Нью-Йорк Таймс".

Богдан бросил взгляд на часы. Стрелки показывали восемь сорок.

- Ха, буржуины зашевелились. Знаешь что, а давайте вы мне сие устроите, Юрий Григорьевич? Скажем, в десять. Думаю, часа нам с лихвой хватит.

- Сегодня? - секретарь был несколько удивлен.

- Конечно. Если у писаки будет всего-то с час запаса времени, он многого придумать не успеет. Вот и поглядим, как у янки с импровизациями. И позовите кого-нибудь из "Правды".

Журналисты прибыли гораздо быстрее, чем через данный им час. Работающий с бумагами Богдан, увидев, что до десяти еще почти двадцать минут, улыбнулся: "Конечно, такой шанс. Американец, небось, до такси бегом бежал". Ухмыльнувшись, председатель СНК сказал секретарю, чтобы они пока подождали.

Наконец, когда до десяти оставалось совсем немного, Драгомиров принял тружеников пера. Хоть и пишущего, но порою не менее опасного, чем бандитское.

- Добрый день, товарищи.

Журналисты поздоровались почти хором.

- Итак, у нас есть немного времени для ваших вопросов и моих ответов. Вопросы прошу задавать конкретные и понятные. Со своей стороны обещаю отвечать максимально полно. И еще. Это интервью печатается либо полностью, либо не печатается. Вы согласны, мистер Кьерри?