И в списке лиц, допущенных к ознакомлению с информацией, составляющей государственную тайну, подполковника Ругида не было — верней он, наверное, был, но не в списке командиров ВМФ, а в списке командиров КМП, которого на авианосце не было…

И выхода не было тоже.

— Возможны… различные типы противников, подполковник… — решившись, начал Манкузо — первый тип, это иррегулярные комбатанты, боевики местных племенных ополчений. Неорганизованные, но хорошо вооруженные и знающие местность. У них могут быть даже ПЗРК, случаи катастроф британских летательных аппаратов были, британцы это никак не объясняют — но такое количество катастроф случайностью быть не может. С этими комбатантами нужно быть осторожнее, подполковник…

— А остальные типы противников?

— Второй тип противников — сами британцы. Вы не должны допустить, чтобы они наложили лапу на эти обломки и вывезли их к себе.

— Каким образом, сэр? — недоверчиво поинтересовался подполковник — я что, должен стрелять в них?

— Ну… они вообще то наши союзники… операция совместная — но не заблуждайтесь, интересы у каждого свои. В критической ситуации, если все остальные методы будут исчерпаны — да, Ругид, вам придется стрелять в них.

Подполковник не мог поверить своим ушам. Какого черта, что там находится такого, из-за чего возможно придется вступать в бой с британцами?

— И может быть еще и третий противник, третий тип. Возможно самый опасный из всех. В районе может находиться отряд русских специальных сил, который тоже будет охотиться за обломками.

Вот с этого и надо было начинать.

— Сэр, что было в самолете? — напористо спросил подполковник — что там было такого, за чем может охотиться русский спецназ? Что флотский самолет делал в афганских горах, почему русские его сбили?

Контр-адмирал тяжело вздохнул.