Чистое, яркое, голубое небо. Тонкие ветви деревьев выглядят как трещинки небосвода. Асфальт, покрытый чуть притоптанным слоем снега. Сухой и чистый, чуть морозный воздух. Берег замерзшего пруда. Мужчина, одетый в темно-серое драповое полупальто, отдаленно напоминавшее военную форму, сидел, откинувшись на спинку деревянной лавочки. Его глаза были закрыты, а слегка беспокойное дыхание вырывалось слабыми струйками пара. Он был невысокого роста, худощав, но очень жилист. Его ноги, обутые в летние армейские бутсы, казалось, совершенно не чувствует холода. Возле правой руки, на лавке, покоилась черная полированная трость с никелированной рукояткой в виде шара. Александр был полностью погружен в свои мысли, и лишь где-то на краю сознания улавливал шаги редких прохожих, которые проходили где-то вдалеке. Эта идиллия продолжалось бы целую вечность, но близкий звук притормозившего автомобиля вынудил его открыть глаза и осмотреться. Метрах в ста притормозил вызывающего вида красный БМВ, с переднего пассажирского сиденья которого выскочил крепкий мужичок и прислужливо открыл заднюю дверь. Он даже чуть склонился в легком поклоне. Оттуда вышел человек совершенно лоснящегося вида, в черном приталенном полупальто из драпа, брюках в еле заметную вертикальную полоску и замшевых ботинках. На его шее был белоснежный шарф, на руках такого же цвета перчатки, а вместо головного убора покоилась густая копна черных, как смоль волос. Черты лица были не улавливаемые, настолько, что описать их не получилось бы при всем желании. Этот мужчина не спеша подошел к Александру, встал напротив и, чуть кивнув, обратился:

– Доброго дня. Не позволите присесть с вами?

– Пожалуйста, – Александр слегка поежился и поправил воротник пальто, а незнакомец сел рядом, откинувшись на спинку лавки, и продолжил.

– Знаете, Саша, а ведь я к вам по делу. Не удивляйтесь. Да, я знаю, как вас зовут. Мало того, знаю о вас все, включая ваши сокровенные мечты и желания. Не верите?