В момент призвания его королём Польши он находился в рядах армии Габсбургов, сражаясь против французов. Весть о смещении и несчастной смерти его брата поначалу озлобили его и он не желал короны, но уступив увещевавшим его посланникам сейма, Ян Казимир поехал таки в Польшу. Кстати, появлению на польском престоле крайне религиозного и ревностного католика, готового преследовать иноверцев и готового вести решительное наступление на своих православных подданных, весьма обрадовались в Риме. Как опытный военачальник Ян Казимир начал с того, что окончательно замирился со Швецией, устроив встречу с польских и шведских дипломатов. К вящему удовольствию шведского канцлера Акселя Оксеншерна, польский король отказался от всяческих претензий на шведскую корону. Размежевание же в Прибалтике планировалось сторонами немного позднее, завязшая в европейской войне Швеция нуждалась в спокойном тылу. Шведы постепенно выводили свои войска из польских пределов, оставляя за собой, однако, Ригу, захваченную ещё шестнадцать лет назад и область окрест.

Корея, Сеул. Май 1637.

Ли Инджо сидел в плетёном кресле на террасе своего дворца в столице и наслаждался весной, вечернее солнце мягко согревало тело, а еле чувствовавшийся ветерок приятно ласкал своим прикосновением. Однако душа его была полностью разбита.

"Неужели наш удел - лишь менять хозяев? Вчера за Мин воюешь против Цин, сегодня за Цин воюешь против Мин, а что завтра, за кого будет воевать династия Ли?" - горестно думал король.

Для прекращения убийств и разорения своего народа Инджо пришлось уплатить маньчжурам немалую дань, да снести факт увода в рабство тысяч женщин и торговать так, как они прикажут. А совсем недавно Инджо отправил пять десятков своих кораблей и почти семь сотен аркебузиров, чтобы для проклятых варваров отвоевать острова Кадо у прежних хозяев Кореи - китайской династии Мин. Теперь Инджо с тревогой ждал сколько из посланных кораблей и солдат вернётся обратно. Мир, заключённый совсем недавно с ханом Абахаем, или как он теперь именовал себя - Айсиньгиоро Хуантайцзи, закреплял право Цинам требовать со своего вассала нужное им число воинов для своих целей - будь то война с Минами или с народами, населяющими великие северные реки. А ведь пришельцы маньчжуры сами заняли земли древнего Когурё - корейского государства.