— Эй, ты, попка! Подай-ка мне ключ на двенадцать!

— Не положено. — Солидно отвечал один из надзирателей. — И потом, я занят!

— Что же ты делаешь? — удивился спросивший.

— Тебя охраняю!

Усмехнувшийся Лацис, проходя мимо разложенных на брезенте инструментов, нагнулся, поднял гаечный ключ и ловко швырнул его прямо в руку странному заключенному.

— Спасибо, гражданин начальник…Вася, готов? Тогда все от винта!

Машина взревела еще сильнее… А потом, вдруг ненамного приподнявшись в воздух, развернулась вокруг своей оси и плавно, очень медленно, как во сне, поплыла мимо нас…

— Что это? — ошеломленно спросил я чекиста.

А… — махнул он рукой. — Это катер на воздушной …э-э… перине, что ли? Конструкция инженера …

(Дальше в рукописи пропущена, видимо, целая страница текста. Вообще, время от времени автор использует вполне метафизические образы, ничего не имеющие общего с действительностью. Прим. Редактора.)

5

…пускать не велено! Совещание у них! — голос перекрывшего нам дорогу охранника был сер и скучен, однако совершенно непреклонен.

— Э-э…давно совещаются? — с надеждой спросил Лацис.

— Уж третий час, как почали! — солидно ответствовал могучий, как цирковой борец, вохровец, несокрушимой трупердой

— О чем хоть речь-то?

— Да-а…мабудь, сызнова про ушаковскую ЛПЛ толкуют.

— У-у-у… — с сожалением протянул чекист. — Тогда, это надолго! Пойдемте, что ли, Владимир Иванович, я Вас чем-нибудь займу…

Когда мы шли вдоль длинного ряда дверей, совершенно не похожих на двери тюремных камер, я осмелился и спросил:?