— Извините.

Побледневший Вершинин стремительно поднялся и вышел из-за стола.

Чё-то и мне котлет кушать расхотелось… — с сожалением произнес Лацис. — Но мотивы Вашего вступления в РККА мне теперь стали гораздо, гораздо понятнее!

7

«Финнлянди-а, Финнланди-а… Маннергейман — линья оли вастус ангарра! Молотофф эйсайно это кайно: Черт возьми! Чухна альто дача мейто крайне эс томи! Нет, Молотофф! Нет, Молотофф…»

В обратном переводе с ломанного тупым «rusci» человеческого языка:

«Финляндия, Финляндия… Ты создала неприступную линию Маннергейма! Очень сильно расстроился Молотофф: Проклятые финны! Они не дают на своей земле мне построить дачу!

…Из электропатефона, произведенного дружественной Советскому Союзу фирмой «Телефункен», доносились веселые разухабистые звуки заграничного джаз-оркестра.

На письменном столе, застеленном газетой ОГПУ «Красный Ворон» (Шутка. Это я Михаила Булгакова «Роковые яйца» цитирую. Уважаю Михаила Афансьевича! Помню, чтобы достать билет на «Дни Турбиных», я перед МХАТ двое суток в очереди стоял. Наш он брат, артиллерист. (На самом деле, военный доктор. Прим. переводчика) застеленном многотиражкой «На Страже Балтики!» Краснознаменного Балтийского Флота, лежали:

наструганный неровными шматками кусок старого, желтого, как свечка, сала, обсыпанного крупной серой солью;

наискосок взрезанная финкой с наборной рукояткой буханка ржаного хлебушка, за семьдесят копеек;

очищенная сизая головка репчатого лука;



30 из 266