Едва самолет, зарываясь носом в ослепительное, без единого облачка, голубое небо, взлетел и занял трансатлантический эшелон, все начали доставать экипировку. Из соображений секретности все садились в самолет в гражданской одежде, с собой не имели ничего острого, ничего режущего, даже ничего жидкого. Оружие, снаряжение и экипировка были загружены заранее в запломбированных контейнерах в грузовой отсек самолета. Это создало неудобства – проникнуть из пассажирского салона в грузовой отсек было можно, конечно – а вот вытащить в салон контейнер с грузом – нельзя. Пришлось организовывать живую цепочку и с шутками-прибаутками разгружать контейнеры прямо в грузовом отсеке, поднимая содержимое в салон. Если бы не воздушные ямы – все было бы нормально – а так кое-кто уже разбил в кровь лицо о переборки. Первая кровь в операции – дай Бог, чтобы и последняя.

Над Атлантикой – примерно в тысяче миль от берега – к нам пристроились два истребителя. Обычные Суперхорнеты, палубные истребители ВМФ США взлетевшие с авианосца, который находился неподалеку – то ли шел в Персидский залив, то ли возвращался из него. Увидел я их вообще то случайно – просто от нечего делать взглянул в иллюминатор – и увидел остроносую серебристую птицу, висящую чуть ниже и левее нашего самолета. Увидел их и не только я …

– Проверяют что ли? – демонстративно небрежно сказал я и зевнул. Тут очень важно не допустить паники, не допустить и минуты неуверенности в себе и в своих силах. Проверяют – значит все согласовано, все идет по плану, беспокоиться не о чем. Согласитесь, что если вы выполняете заказ правительства – пусть и тайный – это одно, а если действуете на свой страх и риск – совсем другое.

Возможно, и в самом деле проверяли.