В воскресенье вечером, прихватив два ящика дорогого немецкого пива, я завалился к Гарику. Он несколько секунд удивленно рассматривал этикетку с надписью «Warsteiner», но, не сказав ни слова, выставил на стол стаканы и вазочку с орешками. Тогда я поведал ему о своих приключениях. После четвертой бутылки Игорек сказал, что я как был сказочником, так сказочником и остался. Пришлось показать деньги с повторяющимися номерами. Это произвело на моего друга некоторое впечатление. После шестой бутылки Тюрин заявил, что поверит только своим глазам.

– Дело поправимо, – произнес я и достал из холодильника очередную порцию. – Вот сейчас допьем и поедем ко мне.

– Надо Бэтмену позвонить, – сообразил заботливый Гарик, – не пропадать же такой халяве.

– Мишке завтра на работу, да и мне тоже, – вспомнил я. Но тут до меня доперло, что с такими деньжищами, а тем более возможностями, на работу мож-т но не ходить. – Давай набирай, гулять так гулять.

– Отлично, Серега, наливай, – Игорек стал тыкать непослушными пальцами в кнопки.

– Горыныч, возьми телефон!

– А это что?!

– А это пульт от телевизора!

Мы расхохотались, добавили еще, но все-таки нашли в себе силы и позвонили Суворову. Мишка приехал через полчаса с очередной подружкой, и вечеринка продолжилась. Дальнейшее помню смутно. Вроде бы кончилось пиво, и мы поперлись в ночной магазин за добавкой. Подруга Бэтмена потребовала ликера «Бейлис-крем», Гарику приспичило попробовать виски «Джим Бим», а мы с Мишелем остановили выбор на джине «Бифитер».

После такого загула пробуждение было не из при­ятных. Отправив девушек (?!) домой на такси, я принялся уговаривать Горыныча и Бэтмена плюнуть на работу и двинуть ко мне, чтобы опохмелиться и осмотреть машину времени. При этом я потрясал толстой пачкой долларов и кричал, что втроем мы к вечеру увеличим сумму в несколько раз.