Так оно и началось. Не один год мы с дедушкой уток обманывали. Не для забавы уж, а для дохода. А потом войны пошли... Дедушка Макар умер... Забыли озеро. Годы, дожди да ветры нашу пластяночку с землей сровняли...

А недавно, когда я сам дедом стал, меня тоже к тишине потянуло. И главное, как вышло-то это. Инкубатор у нас завели. Большенький инкубатор, сотни на две яиц. Хорошо дело пошло. Яйца закладывают, электрическое тепло из них утят, гусят, даже индеек выпаривает. Тут-то я и вспомнил свои ребяческие годы да дедушку Макара. Вспомнил и выступил на собрании.

- Инкубатор, - говорю, - штука хорошая. Только, - говорю, инкубаторных-то утят кормить надо. А дикая, - говорю, - утка по нашей местности - даровой инкубатор и даровая кормилица.

Рассказал все, как было. Меня, конечно, на смех подняли. Да только не все смеялись - нашелся человек, который ко мне вечерком заглянул, а наутро мы с ним на озеро в его райкомовской машине покатили.

Недели не прошло - заповедником это озеро сделали. Меня в водяные произвели, главным начальником поставили. Дом, видишь, какой сгрохали. Племенной утятник построили. Пятьдесят несушек поселили. Птичницу из ученых мастериц прикомандировали.

А что касаемо подмены яиц в диких утиных гнездах, этим теперь детвора занимается. Как уткам садиться в гнезда, то из одного класса десяток помощников пожалует, то из другого пятнадцать веселых утиных обманщиков приедут. Живехонько гнезда разведают, подмену произведут - и на том же грузовичке домой. Теперь, я думаю, тебе не надо досказывать, почему это озеро у нас Обманным прозвали. И так ясно.

ДЕДУШКИНЫ ОЧКИ

У деда внук был. Не ахти какой самоцвет - парень и парень. Только старик очень внука любил. И как не любить, когда он - дедушкин портрет, бабушкина улыбка, сыновняя кровь, невесткина бровь и ее же румянец.