— Я просто попросил бабушек подвинуться, чтобы припарковаться.

— А какого сигналишь? Не мог выйти и по людски попросить?

— Мужик ты болеешь? Как ты себе это представляешь, выйду посреди дороги, а на остальных водителей плевать? — Виктор уже начинал заводиться. Вот не любил он хамства и сам не любил хамить людям, а уж тем более когда не знал кто они да что. Вот интересно, а если бы он на мерсе навороченном припарковался, а не на семерке да еще и с таксистской шашкой, этот пень так же вышел бы права качать?

— А бабушки тебе мешают, значит?

— Так, все. Вали давай.

— Нет это ты вали. Загородил проезд. Сейчас сюда машина с грузом приедет.

— Приедет, отъеду, — Виктор попытался было снова уткнуться в книгу, да не тут-то было.

— А ну отъезжай кому говорю! Тварь таксистская!

Нет, понятно, что допек мужика рынок, но зачем так-то. Виктор и сам не понял, как оказался перед кипевшим праведным гневом жильцом. Ничего так крепкий, хотя и на пол головы ниже, правда Волков четко чувствовал, что тот ему на один зуб, ну может на два. Парню всего-то двадцать семь, а сопернику никак не меньше сорока, опять же, хоть и крепок, но уступит и по силе.

— Слушай мужик, ты за языком-то следи. Не ровен час беда приключится.

— А ты ударь. Ударь, чего стоишь.

Ага, ударь такого. Рынок ведь, тут ментов несколько нарядов постоянно дежурят. Да даже если не спеленают сразу, то вот она машина, а на ней номера, долго искать не станут. Нет, ну чего этому уроду неймется. Подумаешь, посигналил, ведь не матом же обложил. Не, точно Волков тут ни причем, достали просто мужика. Хорошо, ну а он то, что же мальчик для битья?

— Можно и ударить, да только охоты с ментами разбираться нет.