Откуда только ты на мою голову взялась красавица. Все проблемы через тебя. Сидит, притихла, смотрит только вперед. Видно, что девушка нормальная, скромная, но вот сильно в ней женское начало, так что мужики мимо не пройдут. Виновата она в этом? А про этого на рынке и вовсе говорить нечего. Оно конечно, можно просто довезти, получить плату и пусть все идет, как идет. Но он знал, что так поступить не сможет. Тут много причин. С одной стороны, все еще аукалась война. С другой, с детства отец всегда говорил, что сильный должен постоять за слабого, а за девочку вступиться, вообще правое дело. Еще был такой пунктик, таксист он ведь не просто посади, подвези, он ведь еще и ответственность за сохранность пассажира на себя принимает. Смешно конечно. Потом, не всем русским плевать и Виктор был из таких, может потому и помогает время от времени Андрею с ребятней возиться. Но главное наверное все же девушка, как-то подспудно хотелось произвести на нее впечатление, даже если они больше никогда не увидятся.

К дому он подъезжать не стал, остановился возле скверика, за которым было несколько многоэтажек, пройти не так далеко, но поди разбери в каком доме живет красавица, а потом в каждом по четыре подъезда, да по девять этажей.

— А зачем вы здесь остановили?

— Вам лучше пройтись пешком. Эти уроды не отвяжутся. Вы хотите, чтобы они знали в каком подъезде вас искать?

— Нет, не хочу. Но они могут пойти за мной.

— Не пойдут. Слишком ленивые, в сквер на машине не проедешь, а они знакомиться предпочитают не выходя из машины.

— Спасибо.

— Да не за что.

Расплатившись девушка направилась по дорожке в направлении домов. Виктор ошибся. Как видно у парней жаба задавила, ведь сколько телепались за этим такси, а теперь что же все зря. А может девушка слишком понравилась. Виктор и сам положил глаз, вот только на работе он предпочитал работать, если начать путать, то ни о каком заработке можно и не думать. Один из кавказцев выскочил из машины и быстро догнав девушку, придержал за локоток, явно завязывая разговор, но вроде пока без особого хамства, если забыть про локоть. Эх грехи наши тяжкие.