Надписи «7,62П ГЛ» и «2304 шт.» на стенке не оставляли никаких сомнений в его содержимом.

— Это хорошо, Емельян! А то у меня едва половина диска после сегодняшних плясок осталось. А ты, однако, здоров — ящиком размахиваешь, будто ничего не весит!

Действительно, если с винтовочно-пулеметными патронами у нас особых проблем не было, то «тэтэшные» с определенного момента были в дефиците. Два автомата и пять пистолетов под этот патрон после начала активных действий расстреляли практически все наши запасы.

— Это я от радости, товарищ Окунев. Там еще два таких стоит. Их немчура отдельно поставила. Еще и нагановских два ящика и три с винтовочными «Б-32»!

— Круто! — этим новостям я обрадовался не меньше, чем предыдущей. — А простых тут не меньше чем семь десятков ящиков. Позови пару бойцов, пусть вскрывают простые и народу раздают, а этот давай сюда, пока ходить будем, диск добью.

— Фермер Арту, — я поспешил поделиться хорошими новостями с командиром.

— В канале, — голос Саши был озабоченным, но не недовольным. — Что у тебя?

— Патронов хоть… на зиму соли, — несколько смягчил я первоначальный вариант сообщения. — Винтовочных семьдесят ящиков с простой пулей, три ящика бронебойных и три ящика для «ТТ»!

— Некисло! Больше шестидесяти тысяч только «мосинских», — влет прикинул Саша. — Там шмоток никаких нет? «Сидоров», подсумков? Не в карманах же все это выносить…

— Я поищу. Это все?

— Пока да.

Вскрыв ножом ящик, я вытащил несколько завернутых в вощеную бумагу упаковок патронов, но потом решил не продолжать — карманы оттопырились, да и потерять недолго.

В наушнике раздался голос Алика:

— Здесь Тотен. У нас гости: две подводы с барахлом и при них четыре немца. Командир, брать нам?

— Отставить! — немедленно ответил Саша. — Пропустите их, у нас как раз транспорта не хватает.