– Вот!

Слушатели никак не отреагировали на его жест, с напряжением ожидая последующих слов.

– Когда волна массовых репрессий в 1939 году, – почти на крик перешел докладчик, – начала ослабевать, когда руководители местных партийных организаций начали ставить в вину работникам НКВД применение физического воздействия к арестованным, Сталин направил 10 января 1939 года шифрованную телеграмму секретарям обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий, наркомам внутренних дел, начальникам Управлений НКВД.

Хрущев многозначительно помахал бумажкой.

– Вот она! – выкрикнул он.

Пробежав взглядом по залу, словно предвкушая эффект от того, что он собирается сказать, докладчик наконец повернул листок к себе и стал его зачитывать.

– "ЦК ВКП(б) разъясняет, что применение физического воздействия в практике НКВД было допущено с 1937 года с разрешения ЦК ВКП(б)… Известно, что все буржуазные разведки применяют физическое воздействие в отношении представителей социалистического пролетариата и притом применяют его в самых безобразных формах. Спрашивается, почему социалистическая разведка должна быть более гуманна в отношении заядлых агентов буржуазии, заклятых врагов рабочего класса и колхозников. ЦК ВКП(б) считает, что метод физического воздействия должен обязательно применяться и впредь, в виде исключения, в отношении явных и неразоружающихся врагов народа, как совершенно правильный и целесообразный метод…"

Всю эту фразу докладчик выпалил на одном дыхании.

В зале стояло гробовое молчание.

Хрущев еще раз пробежался взглядом по слушателям и вдруг смешался. Что-то смутило его. Как-то не так молчали делегаты. Он покосился на бумажку и снова взмахнул ею.

– То есть… – начал было продолжать Хрущев и вдруг… осекся.

Сзади на его плечо легла чья-то тяжелая рука.

Что за наглость!!! Кто это?!…

Хрущев стал медленно поворачивать голову на подошедшего и…

Лицо докладчика окаменело в невероятной гримасе.