Наступила тишина, но имевший хороший опыт в подобных делах Берг не торопился открывать рта, предоставив кайзеру возможность и дальше читать свой монолог.

- Я долго рассуждал, и пришел к выводу, что справиться с этой трудной задачей нам поможет заключение сепаратного мира, с одним из членов Антанты. Подобный ловкий ход с нашей стороны обязательно поссорит наших врагов между собой, и вчерашние союзники непременно станут врагами.

  Кайзер замолчал и торжествующе поднял над головой свой недопитый бокал:

- Как вам моя идея, Берг? Не правда ли гениальна?! Ставлю золотой империал против ломаного гроша, что Людендорф и старый Гинденбург до этого наверняка не додумались.

- Право, Ваше Величество, гениальная мысль. Честно говоря, вы сразили ею меня на повал – с искренним видом пропел дифирамб генерал кайзеру.

- Цените, Берг, цените мое расположение к вам, ибо вы первый человек, с которым я решил обсудить мою блистательную идею.

  Раззадоренный речью Вильгельм залпом осушил свой бокал и щедрой рукой вновь наполнил его до половины. Правда, только себе, но генерал не был в обиде.

- Найдя выход из столь трудного для рейха положения, я продолжил свои изыскания, решая с кем и против кого, мы должны объединиться. Это была очень трудная задача, скажу вам генерал, но я с ней справился не менее блестяще, чем с предыдущей.

  Вильгельм сделал многозначительную паузу.

- Нашими новыми союзниками должна стать Англия и Франция. Да, да не удивляйтесь генерал, бриты и галлы, поскольку они более близкие нам по культуре, духу и крови нации, чем славяне. Союз с  ними для меня просто немыслим, хотя некоторые наши умники из рейхстага прожужжали мне все уши о выгодности налаживания с ними добрососедских связей и торговых отношений, повторяя замшелые догмы покойного Бисмарка. По моему глубокому убеждению, все они, либо помешанные либо что еще хуже, возможно подкупленные русским золотом. Я уже дал распоряжение в полицей-президиум разобраться с их банковскими счетами, но это к делу не относится.