— Человек не может иметь всего! — парировал маг, нисколько не возмутившийся столь неучтивым поведением Изенкранца.

— Я имею всё! Я не повелеваю, но правлю. К моим услугам мощь самого сильного, самого большого государства мира. Если я захочу — все цивилизации вздрогнут от звона наших мечей и топота копыт нашей конницы. Но я могу поступить и по — другому: в моём распоряжении столько золота, что я могу купить все государства мира и их правителей с потрохами. Блеском этого металла я действительно могу всё! — ВРИО улыбнулся.

— За золото нельзя купить всего! Некоторые вещи просто невозможно купить по определению, — гнул свою линию посланец лордов.

— На золото можно купить всё! — упорно не желая сдаваться, возразил Изенкранц.

— Да? — ехидно поинтересовался посланец. — А любовь? Можно купить за золото любовь?

— Можно, — сжав губы, прошипел ВРИО, — всё можно, сколь угодно можно. Кинь я клич, и сто тысяч девушек воспылают ко мне неистребимой любовью.

— Да? — вновь на этот раз ехидно повторил посланец. — И принцесса Августина?

А это уже был удар ниже пояса. Изенкранцу невольно вспомнился давно состоявшийся разговор с принцессой.

— Августина, постой, Августина! — униженно молил Изенкранц, в полутьме дворцового перехода преследуя убегающую девушку. Наконец ему удалось ухватить её за руку, и они, напряжённо дыша, остановились напротив друг друга.

— Отпусти руку! — сказала Августина, и в её сжатой в кулачок руке сверкнуло лезвие узкого меча. Изенкранц вздрогнул, но отступать не спешил.

— Но я же люблю тебя, Августина!

— А я ненавижу трусов и предателей!

— Но я никого не предавал, государственная комиссия…

— Мне плевать на её выводы! То была Ваша вина, что Лохмоград сдали без боя! И это Вы виноваты в исчезновении князя. Почему с ним не было надлежащего сопровождения?

— О, — задумчиво процедил советник. — Вы до сих пор вздыхаете по этому чужестранцу?! Вы обвиняете меня в его смерти, но я в то время был едва ли не под арестом. И, как мне известно, от сопровождения он отказался сам.