- Портативкой попользуемся, - ответил подполковник и снял с пояса небольшую рацию, которая тут же зашуршала и запищала. Офицер попытался настроить нужную волну, но кроме помех слышно ничего не было. - Твою мать! Что же за дерьмо-то!

   В сердцах подполковник швырнул рацию на заднее сиденье и тут же схватился за мобильный телефон. Найдя нужный номер, он приложил аппарат к уху и вскоре отрывисто заговорил:

   - Да, Днёв говорит. Да. Мы ведем пикап. Цвет черный, номеров государственной регистрации либо нет, либо замазаны. В центре уже знают. Да. Но у нас проблемы со связью. Пусть наши подберут машину на перекрестке Ленинского с Косыгина. А менты пусть перекрывают к черту все Воробьевы. Все, отбой.

   Облегченно выдохнув, подполковник откинулся на спинку и закурил. Впереди была лишь чернота дороги, но внезапно, после очередного поворота, пикап снова появился перед ними.

   - Вот бараны-то... - удивленно констатировал Лычкарев. - Столько возможностей было в сторону уйти, а они прямо хреначат...

   - Скорость сбавь, - приказал Днёв. - Они теперь не знают, что мы у них на хвосте. Попались, гады.

   Лычкарев послушно вдавил педаль тормоза и 'форд' пристроился прямо за пикапом, который теперь ехал тоже медленнее. Видимо, сидевшие в нем немного расслабились и решили, что опасность миновала. Проехав пару кварталов, пикап остановился.

   - Началось. - В голосе подполковника явно слышалась радость. Так оно и было - наступало его любимое время. Время, когда добыча уже почти попалась в капкан, но сама еще не знает об этом. - Дадим им выйти, пусть окончательно решат, что все позади.

   Двери пикапа открылись и из кабины вышло два человека. В руках одного из них был автомат. Второй, тот что был налегке, быстрым шагом подошел к кузову и откинул какую-то ткань, после чего извлек из под нее несколько больших сумок, явно, весьма тяжелых - человек понес их с заметным физическим усилием.