— Ну, что глядишь. Бери, и ступай. Мы уж как-нибудь сейчас без тебя разберемся. Правильно говорю, а швед? Эстонец кивнул. Солдат взял кубок и ушел.

— Только верни потом, — прокричал ему вслед Александр Данилович. После чего вновь обратил свой взор на пленного шведа, — Как звать хоть тебя?

— Андрес Ларсон.

— Я и говорю швед, — констатировал самодержец, — пей. Я вас шведов бить буду, но пленных, даже шпионов, обижать не собираюсь. Пей.

Андрес поднес кубок и сделал глоток. В горле стало жарко и тепло покатило по телу. Ларсон не относился к тем людям, что готовы были надраться алкоголем в стельку, он выпивал, но делал это умеренно и по праздникам. Причем по чуть-чуть. Сейчас же он впервые пил такой крепкий напиток. Отчего удивленно посмотрел на русских, сначала на монарха, затем на его фаворита.

— Медовуха, на мухоморчиках, — прокомментировал Александр Данилович, закусывая жареной курочкой.

— Каким ремеслом в мирной жизни владеешь? — спросил, подмигивая, Петр.

— Бизнесмен.

— Это еще что? Не слыхал я о таком ремесле?

— Да вожу, — тут швед сказал такое слово, что в художественной литературе, как-то и неудобно писать. Но этот термин был понятен государю московскому.

— Золотарь?

И если бы Ларсон знал, что значило это слово, то и ответил бы по-другому, а так он просто кивнул и прошептал:

— Можно сказать и так.

— Иди ко мне в золотари? — предложил монарх.

Понимая, что ему предлагают заняться, в этом далеком прошлом России, его любимым делом Андрес согласился.

Именно так и началась жизнь Андреса Ларсона, эстонского бизнесмена, в новой для него эпохе. А ведь еще совсем недавно, он мчался на своем Мерседесе из Таллинна в Нарву.