Их выстроили вдоль ограждения, склепанного из ржавых кузовов. Бабы толклись слева, угрюмые мужики, все как один бородатые, — справа. Мужчин и женщин разделяли двое солдат с автоматами, еще двое прохаживались вдоль ряда пленных. Диких было человек тридцать. Возле офицера семенил коротконогий пузатый доносчик — Вымя. Феня стоял на коленях между автоматчиками и вытирал расквашенный нос.

— Где мятежники? — спросил Лекс, шагнув к офицеру.

— Прочесываем деревню, — бесстрастно ответил Ашер и ткнул прикладом Феню, пытавшегося встать с колен. Лекс схватил доносчика за грудки, встряхнул:

— Наврал нам, паскуда?! Вымя втянул плешивую голову в плечи, выпучил белесые глаза и затрясся:

— Я н-не знаю, н-не знаю, где они прячутся! Н-не знаю! Я все сказал, что знал!

Подоспевший сержант Рик, пожилой мужчина из диких, схватил за волосы первую попавшуюся девчонку, швырнул в пыль и прицелился ей в висок.

— Где мятежники? Девчонка заскулила, закрыла лицо руками.

— Считаю до трех, — проговорил он. — Если не ответите, я вышибу ей мозги. И раз, и два…

Все, даже тощая баба, похожая на высушенную рыбу, поняли, что он не шутит. Баба закричала:

— Пощадите! Скажу! Все скажу!

Феня выругался и сплюнул — тягучая слюна, смешанная с кровью, повисла на подбородке. Девчонка попыталась уползти к домам, но Рик пнул ее, и она распласталась на земле. Баба, по-видимому мать, указала на железные пластины ограждения:

— Там убежище…

Тотчас односельчане отшатнулись от нее, как от зачумленной. Женщина всхлипнула и, будто молясь, сложила руки на груди.

— Проверить! — Лекс стволом автомата указал на ограду. Бойцы подчинились. Со скрежетом отошла крайняя пластина, и Рик воскликнул:

— Вот они! А ну на выход, свиньи!

Их было человек двадцать: молодые женщины семенили гуськом, прижимая к себе скулящих детей. Тонкая, как тростинка, девушка с младенцем на руках рухнула на колени и запричитала, пытаясь схватить Рика за руку: