Отец подошел к окну их купе, и зная, что он уже ничего не сможет услышать, Ромка с Лешкой продолжали общаться с ним знаками. А когда поезд, наконец, тронулся с места и перрон Павелецкого вокзала вместе с Олегом Викторовичем и другими провожающими остался далеко позади, Ромка тут же отбросил все связанные с домом заботы, радостно вздохнул и пальцем на запотевшем окне огромными буквами вывел отражающее его теперешнее состояние одно-единственное слово: «Ура!» Долгожданная поездка началась.

А потом они стали осматриваться вокруг. И сразу же отметили, что в вагоне было как-то буднично, невесело. Еще садясь в поезд, Лешка вспомнила, как на осенних каникулах вместе с ними ехала большая группа молодых актеров, за которыми им с братом было очень интересно наблюдать. Явственно припомнила она и свой испуг при виде человека в маске страшного вампира, с которым она столкнулась в коридоре вагона. Но на этот раз никакие актеры с ними не ехали, вагон заполнили ничем не примечательные люди, и, судя по всему, на этот раз ничего загадочного и необычного в пути не предвиделось.

В купе они с Ромкой, как всегда, забрались на верхние полки. Валерия Михайловна разместилась под Лешкиной полкой, а оставшееся нижнее место занял самый обыкновенный человек средних лет. Весь багаж у него состоял из одного тощего портфеля, который он не стал запихивать вниз, а так и оставил у стенки.

Пока проводник проверял билеты, Ромка нетерпеливо ерзал на своем месте в ожидании, когда же согреется титан, чтобы можно было набрать кипятку и поскорее попить кофе из своей любимой кружки.

Лешка еще дома решила последовать примеру брата и тоже прихватила с собой свою собственную кружку. На ней была нарисована кавказская овчарка — вылитый Дик. Такую кружку Лешка очень долго искала по всем магазинам и, увидев ее как-то на ВВЦ, где они гуляли с Валерией Михайловной, сразу же заставила маму ее купить.