В МИДе работнику отводится целый час на то, чтобы найти себе кормушку.
Сигнал, указывающий на то, что в моем почтовом ящике снова лежит письмо, прозвучал за несколько секунд до моего выхода из Виртуальности… Я остановился в раздумье. С одной стороны, не слишком хотелось воровать у себя обеденное время, с другой стороны, почта – это всегда интересно.
Значит, решено!
«Приветик, Аякс.
Ты думаешь, у тебя обед? Ты крупно ошибся! Давай подваливай ко мне.
Пришло время отдавать долги. Ха… Есть дело».
И вместо подписи знакомая тройка бубей. Вот тебе и интересная почта… «Есть дело»… – Не хочу «есть дело», – пробормотал я, выходя из Виртуальности и снимая НейроКонтакты.
3. Константин Таманский.
Независимый журналист.
34 года
На калужском повороте мою машину остановил патруль дорожной милиции. Нет ничего приятного в том, что тебя останавливают на вечерней трассе двое малосимпатичных людей с автоматическим оружием в руках. Еще неизвестно, настоящий ли это патруль. Но останавливаться нужно, тем более что вон у них из башенки блокпоста пулемет торчит…
Я припарковался возле милицейского облезлого «ниссана», опустил стекло – сантиметра этак на два. В образовавшуюся щель пахнуло лесом, сыростъю и ржавым железом. Можно было поговорить с ними и через внешние динамики, но это могли воспринять как наглость, а я должен ночью быть в Калуге.
– Инспектор Крюков, – сказал милиционер, показывая мне идентификатор. С виду вроде настоящий, а там кто их знает.
– Очень приятно, инспектор, – ответил я.
– Водительское удостоверение, – потребовал второй. На поясе у него, рядом с желтой кобурой, болтался сканер.
Я пожал плечами, извлек удостоверение из кармана пиджака и просунул в щель.