Через минуту чувствительность во всем теле восстановилась. Одним из первых ее проявлений стала тупая ноющая боль под левой лопаткой. Я перевернулся на живот и огляделся. Черное бескрайнее море со всех сторон. У меня появились силы, чтобы плыть, но я не знал куда. Может, берег в двухстах метрах, а может, до него несколько дней пути по прямой на реактивном наутилусе.

«Термоджета» хватит на пару часов.

Неожиданно моя рука сама собой сделала привычное движение – указательный палец оказался в миллиметре от широко раскрытого глаза. Секунда потребовалась на сканирование индивидуальных линий, то есть дистанционное снятие отпечатка и последующую синхронизацию с микрочипом-ключом в подушечке пальца. Откуда я знаю, что секунда ушла именно на это?! Перед глазом возникла картинка. Меню! Наноскоп, инфракрасный спектр, ночное видение, приближение, спутниковая навигация…

Мультивизор!

– Спутниковая навигация, – сказал я ровным уверенным голосом.

Загрузка заняла несколько секунд. Потом появилась карта. Я видел ее так, словно смотрел на панорамную видеоматрицу одним глазом.

Тем же ровным четким голосом я задал вопрос:

– Мои координаты?

На карте возникла небольшая розовая точка. Сердце радостно подпрыгнуло – совсем рядом с побережьем!

– Десятикратное увеличение, – скомандовал я.

Квадратик с точкой тут же приподнялся над остальной картой, а потом увеличился, перекрыв почти половину ее.

– Мое точное местонахождение?

Уточки появились четыре шипа розы ветров. Я повернулся – точка тоже повернулась. Теперь прямо передо мной, в полукилометре на север, было побережье Буферной зоны.

– Бинго! – я не сразу узнал собственный голос и не понял, что именно сказал.