Этот – единственный ублюдок, кому удалось мимо нас проскочить. Остальных мы задержали в развалинах на верхних этажах. По нам ударили направленным электромагнитным излучением, которое вывело из строя всю электронику, включая ваше зрение. Когда его выжгло, вы, возможно, потеряли несколько клеток мозга, однако непоправимого вреда нет. После излучения они выпустили боеголовку по этажу миз Цитрин. Скорее всего, ее смерть была мгновенной.

Камню кажется, что его разнесло на куски – и физически, и психологически. Зачем Скарф ему все это рассказывает? И что с Джун?

Камень произносит ее имя.

– Она мертва, мистер Камень. Когда нападающие начали ее обрабатывать, она покончила жизнь самоубийством с помощью имплантированной капсулы с ядом.

Все ландыши вянут, когда приближается зима.

Бригада с носилками достигла медицинского отсека. Камня переносят на кровать, руки в перчатках начинают обрабатывать его раны.

– Мистер Камень, – продолжает Скарф, – я настаиваю на том, чтобы вы прослушали эту запись. Дело срочное и займет у вас не более минуты.

Камень уже начинает ненавидеть этот неуемный голос. Но он не может заткнуть уши или впасть в благословенное забытье, а потому вынужден слушать поставленную Скарфом запись.

Говорит Элис Цитрин.

– Кровь от моей крови, – начинает она. – Ты единственный, кому я когда-либо могла бы доверять.

Камня охватывает отвращение, когда все встает на свои места, и он догадывается, кем и чем является.

– Ты слышишь это после моей смерти. А это означает, что все, построенное мной, теперь твое. Всем нужным людям заплачено, чтобы они о том позаботились. Твое дело – сохранить их лояльность. Надеюсь, наши беседы тебе помогли. Если нет, удачи тебе понадобится даже больше, чем я могу пожелать. Пожалуйста, прости, что я бросила тебя в Джунксе. Но дело в том, что хорошее образование исключительно важно, и я полагаю, ты получил наилучшее. Я всегда за тобой наблюдала.