Я очень надеялся, что новый папин дом в полном порядке. И что ребятам там понравится. Я еще там не был, потому что папа и его жена Фей только-только переехали в Баньян-Бей, всего каких-нибудь пару месяцев назад.

Мне и в прежнем их доме нравилось, но папа сказал, что на новом месте лучше, поскольку море совсем рядом.

— Нак-Нак — это класс! — объявил Ник, обозревая окрестности. — Я бы с удовольствием пожил в таком городке. До поры, до времени, конечно. Тут, наверное, денег у всех навалом, как вам кажется?

Это было*в духе Ника — даже на рай смотреть, как на большую копилку.

Я пошел к киоску на другой стороне улицы, чтобы купить альбом, а тут как раз и автобус подоспел. Все быстро погрузились, и водитель несколько раз посигналил мне, чтобы я поторапливался.

Автобусом называлась старая развалюха, на боку которой, рядом с водительским окошком, было написано «ШЕЙЛА».

— Твои ребята уговаривали меня уехать без тебя, — пошутил водитель, когда я ввалился в автобус, на ходу запихивая альбом в рюкзак и одновременно пытаясь вытащить из кармана кошелек. — Но я не поддался.

Шофер завел двигатель, и автобус тронулся с места, рыча и чихая.

— А что вы забыли в Баньяне? — Водителю пришлось перекрикивать шум мотора.

— Тишину и покой! — заорал я в ответ, мертвой хваткой вцепившись в поручень, чтобы не шлепнуться на пол физиономией вниз. О папе я решил не упоминать. Меньше всего на свете мне хотелось объяснять, почему это мой отец живет в Баньян-Бее, а я — в Рейвен-Хилле.

Шофер рассмеялся и переключил передачу.

— Этого добра там навалом, сынок, — снова прокричал он сквозь рев мотора «ШЕИ-ЛЫ». — В Баньяне никогда и ничего не происходит.

Мы тряслись по пыльной дороге. Было жар-ковато, несмотря на то, что все окна были открыты. Санни и Элмо притворялись, что спят, растянувшись на свободных сиденьях и надвинув шляпы на лоб.