Недалеко от офиса программеры увидели вывеску бара «Троянский конь». Все шестеро единодушно узрели в этом названии некое предзнаменование или даже пророчество.

Стены бара были расписаны в духе древнегреческой мифологии, с той лишь разницей, что древнегреческие художники и скульпторы, как правило, изображали большинство своих богов обнажёнными, а здесь боги и полубоги были одеты в пышные и лёгкие одежды, отчего картины чем-то напоминали выставку летней коллекции одежды Жана-Поля-Готье.

Целая стена была отведена под битву между Зевсом и каким-то чудовищем, похожим на Змея-Горыныча из русских сказок, однако имевшем гораздо больше голов и около пятидесяти рук. Древнегреческий Змей-Горыныч был таким огромным, что его ступня превосходила по размерам изображённый рядом с ним домик. Чешуйчатые головы чудовища изрыгали пламя, а руки швыряли в Зевса громадный камень, примерно в два раза превосходивший верховного бога по своим размерам. Зевс же, в легкомысленном лавровом венке и короткой хламиде, отстреливался от змея молниями.

На другой стене сливались воедино сразу несколько мифов. Художник поставил перед собой лишь один критерий, чтобы отобрать мифы для групповой сцены: их герои должны были пить вино. Герои Эллады, захватившие Трою, обмывали победу на фоне пресловутого деревянного коня, рядом с ними устроили хоровод козлоногие сатиры, умудрявшиеся во время танца разливать вина по своим кубкам. При виде этой сцены вспоминалась фраза из сказки: «Не пей, козлёночком станешь!» По краям стены были изображены боги Дионис, Гермес, Апполон и Гефест, пьющие нектар и закусывающие амброзией. Очевидно, художник не особо чётко себе представлял, как должна выглядеть эта самая амброзия, а потому изобразил в руках богов мисочки с чем-то, наподобие манной каши.

Всё это великолепие портил листок ватмана с трафареточной надписью: