Он? Или они?

Майлз устремил взгляд на бледный профиль Катерины; она обратила к нему взор серьезных синих глаз.

— Ты хочешь лететь со мной или продолжить путь домой? — спросил он.

— А можно мне лететь с тобой? — нерешительно поинтересовалась она.

— Конечно, можно! Вопрос лишь в том, захочешь ли ты.

Ее темные брови взлетели вверх:

— Вопрос, несомненно, не только в этом. Думаешь, от меня будет там какая-нибудь польза? Или я буду только отвлекать тебя от работы?

— Польза бывает разная — в официальной и неофициальной сферах. И еще неизвестно, которая из них важнее. Ты же знаешь, как люди иногда заговаривают с тобой, пытаясь эдаким косвенным образом передать сообщение мне?

— О да. — Она скривилась от отвращения.

— Ну, я понимаю, что это утомительно, но, знаешь, ты чертовски хорошо разбираешься в этих намеках. Не говоря уж о том, сколько интересного можно узнать, исследуя разновидности всяческого вранья. И… э-э, не совсем вранья. Там могут оказаться и такие, кто по той или иной причине не захочет разговаривать со мной, однако в беседе с тобой может пойти на откровенность.

Катерина чуть махнула рукой, признавая правоту его слов.

— И еще… мне послужит великим утешением то, что со мной рядом будет человек, с которым я могу говорить свободно.

Уголок ее губ дернулся вверх.

— "Говорить" или «выпускать пар»?

— Хм… да, я подозреваю, что эта история действительно не раз вызовет у меня желание отвести душу. Как думаешь, сумеешь ты вытерпеть это? Задачка предстоит довольно муторная. Не говоря уж о том, насколько скучная.

— Знаешь, Майлз, ты не перестаешь повторять, что твоя работа скучная, однако глаза у тебя при этом так и сияют.

Он прочистил горло и пожал плечами, ничуть не раскаиваясь.

Ее веселье угасло, она озабоченно нахмурилась.

— Как много времени, по-твоему, займет это разбирательство?