В трубке зазвучали короткие гудки, и зоотехник, весело насвистывая, прошагал на кухню и поставил на газовую конфорку оббитый по бокам эмалированный чайник. От сердца отлегло, можно было и поужинать.

А утром он, как обычно, встал чуть свет и отправился на звероферму. Обстановка здесь ничуть не отличалась от вчерашней. Зоотехник надел сатиновый халат и привычно двинулся к клеткам с соболями.

— Толик! — тронул его за плечо откуда-то взявшийся один из рабочих фермы, Николай Иванович. — А нашего-то, ходят слухи, вчера на полтора миллиона накрыли.

Зоотехник вздрогнул.

— На сколько?

— На полтора лимона, говорю, да не рублей, а баксов. Выручка за весь левый товар за несколько месяцев. И пожаловаться, гад, никуда не сможет. Поделом ему, нечего без удержу хапать.

— Его не остановишь, — услышав разговор, к ним подошел еще один рабочий. — Не пройдет и полгода, как снова нагребет больше прежнего.

— Не скажи. Видал, сегодня из Москвы целая комиссия с налоговой инспекции приехала и еще откуда-то. У него сейчас земля горит под ногами.

— Так что же, выходит, ему повезло с ограблением? — поднял брови Николай Иванович.

— А то! Теперь-то он без труда выпутается. Правильно говорится: не было бы счастья, да несчастье помогло. Лучше без денег остаться, чем в тюряге гнить.

— Это верно, — поддакнул зоотехник.

А Николай Иванович продолжал:

— А охрана наша кошки альпинистские у стены нашла, припрятанные кем-то. Грабителю, значит, кто-то из наших помогал, посторонний бы с таким делом не справился. Но я вам вот что скажу: Демидов этого так не оставит, и если это был свой человек, из-под земли его достанет.

— Ты в этом уверен? — вскинул брови зоотехник, однако внутри у него что-то екнуло от страха, а лицо посерело.

— А ты что, сомневаешься? — хмыкнул рабочий. — Если на кошках кто свои следы оставил, то я ему теперь не позавидую.