– Нам Хориос не является частью Республики. С точки зрения закона, мы не имеем права вмешиваться в их дела.

– Даже чтобы защитить права колонистов? Права мужчин и женщин, которые…

– Которые покинули Республику, – сказала Лея, – чтобы поселиться в мире, не являющемся ее частью. Решили попытать счастья на планете, о которой почти ничего не знали. Всем известно, насколько неполна информация в Реестре. И Империя «защищала права» Альцока III, Гарниба, Троша.

Широкое лицо Ашгада покраснело.

– Это не имеет с нашим делом ничего общего! Мы вовсе не просим вас поработить местное население! Лишь гарантировать право на достойную жизнь тем, кто этого желает.

– Большинство населения Нам Хориоса проголосовало за то, чтобы не присоединяться к Республике, – сказала Лея. – И колонисты об этом знали. У нас нет права пренебрегать мнением большинства. Я не хочу показаться жестокосердной, мастер Ашгад, но Новоприбывших никто не ограничивает ни в одном из отношений, о которых я слышала.

– За исключением того, что их жизни – там. Все их имущество, которое, пока действуют орудийные башни, они даже не смогут забрать с собой, если им придется покинуть планету. Их будущее – там, на этой планете.

– Так же, как и будущее местных жителей,

мастер Ашгад.

Ашгад несколько мгновений стоял, подбоченившись, а другую руку положив на спинку кресла; он опустил голову (упрямый наклон, подумалось Лее), темная прядь густых волос свесилась на лицо – на две глубокие мимические морщины. Дзим неподвижно сидел в тени листьев миниатюрной беседки, сложив руки в перчатках, сосредоточенно нахмурив гладкий лоб. Насколько могла заметить Лея, он даже не делал заметок в скрытый микрофон в дополнение к шедшей записи беседы.