Сейчас он качает головой, глядя на летунов.

- Думаю, мой брат Лаз достаточно вам поставил, - говорит он. - Что вы дали ему взамен? Позволили с вами посидеть? Думаете, это круто? Совести у вас нет.

- Хрена! - Опять капитанша, но, похоже, не злится. - Твой прихлебатель говорит, что он фиб. А мы не любим, когда оскорбляют столь важное занятие.

Антонио шумно вздыхает, склоняет голову набок, словно щетинится от раздражения.

- Во-первых, он не прихлебатель, он мой брат. А во-вторых, он был фибом на «Ми Фрегадо Суэрте».

- Ну да? - не верит капитанша. - На корабле Эмилиано Коразо-на? Брехня. Отчаянный был сукин сын. Таких контрабандистов больше не делают. Его давным-давно сцапали, а корабль сдали в утиль.

- Лаз, - говорит Антонио. - Покажи ей руку.

Лазаро начинает закатывать правый рукав, и Антонио дает ему легкий подзатыльник.

- Другую, carbon. Ту, где надпись.

Лазаро слушается и поднимает руку, чтобы все видели цифры и символы у него под кожей. Когда-то они шевелились, мигали цветными огоньками, но это было давно, а теперь они просто белесо-синие.

Пилоты сгрудились посмотреть, а после отодвинулись и уставились ему в лицо.

- Ни хрена! - уже тише говорит капитанша. - Что с ним случилось? Такой навигатор на «Суэрте»? Но он же должен хотя бы военно-морскую закончить!

- Ага, - отвечает Антонио. - Ту самую. Академию. Вставай, Ла-заро, нам пора.

Вставая, Лазаро покачнулся, ведь столько пива выпил, и Джейн обняла его за плечи, чтобы не упал. Он помахал на прощанье новым друзьям, но капитанша догнала их у двери.

- Что с ним случилось? Поговаривали, будто федералы выследили Коразона, придумали какую-то чушь про груз и захватили корабль, как только поднялись на борт. А Коразона высадили на каком-то астероиде.