Берт поднял глаза, с любопытством отметив, как, перейдя в статус гражданских лиц, Роки немедленно опустил обращение «сэр» и в его глаза перестали быть непроницаемыми, в них читались гнев, отчаяние и боль.

– Интересный вы народ, кофинцы, – пробормотал полковник.

– Я не собираюсь обсуждать это с вами полковник. Я ухожу. – Роки поднялся с места.

– Подождите, Роки, – полковник угрожающе нахмурился, скрывая этим то, что чувствовал на самом деле.

– Я жду.

– Вплоть до этого происшествия вы мне нравились, Роки. Собственно, я и сказал генералу, что вы у меня были самым многообещающим молодым офицером.

– Очень мило, – монотонно ответил Роки.

– И через несколько лет вы могли бы сидеть за этим столом, и, я думаю, вы на это надеялись.

Короткий кивок и быстрый взгляд на погоны Берта.

– Вы избрали себе путь в жизни и теперь остались ни с чем. Я понимаю, что это для вас значит.

Напрягшиеся мускулы скул кофинца объяснили полковнику, что тот не нуждается в симпатии, но Берт продолжал:

– Поскольку это старейшая и наиболее устоявшаяся и освоенная планета в Скоплении, вы теперь остались без работы и места, где можете ее получить.

– Это совсем не ваше дело, полковник, – быстро сказал Роки.

– В соответствии с этикой нашей культуры это мое дело, – проревел полковник. – Конечно вы, кофинцы, думаете иначе. Но мы здесь не такие уж хладнокровные. Теперь слушайте: я готов немного помочь вам, хотя вы, с вашим тупым упрямством, лучше откажитесь. Видит бог, вы и этого не заслужили.

– Продолжайте.

– Я готов дать указание Патрульному кораблю доставить вас на любую планету Галактики. Назовите ее, и мы вас туда отправим. – Он подождал. – Ладно, можете отказаться. Тогда ступайте отсюда.

Худощавое лицо Роки на мгновение дернулось, а потом он кивнул.

– Я согласен. Доставьте меня на Сол-3.

Дыхание полковника, наконец, снова успокоилось. Он покраснел и принялся жевать нижнюю губу.