— Мне кажется, нам лучше уйти, — предложил Реслоу.

— Оно очень слабое, — заметил Минелли.

Эдвард занялся поисками следов или бечёвки — доказательств розыгрыша. Он почти не сомневался, что имеет дело не с ловким трюком, однако хотелось до конца убедиться в этом. Уж слишком нелепые гипотезы одна за другой лезли в голову.

Снова раздался приглушённый звук.

— Оно говорит что-то, — бросил Реслоу.

— Или пытается, — добавил Эдвард.

— На самом деле, оно не так уж и уродливо, — сказал Минелли. — Оно симпатичное, Эдвард.

Эдвард вновь нагнулся к созданию, не забыв выставить вперёд ногу в тяжёлом ботинке.

Таинственное существо подняло голову и отчётливо произнесло:

— Очень сожалею, но у меня плохие новости.

— Что? — Голос Эдварда задрожал.

— Господи, помилуй! — воскликнул Реслоу.

— Сожалею, но у меня плохие новости.

— Вы больны? — спросил Эдвард.

— У меня плохие новости.

— Мы можем помочь вам?

— Ночь. Сделайте ночь.

Схожий с шелестом листьев на ветру голос мог бы быть даже приятным, если бы не вялый тон. Запах йода резко ударил в нос, и Эдвард отпрянул, скривившись.

— Сейчас утро, — начал он. — Ночь не наступит до тех пор, пока…

— Тень, — перебил Минелли с озабоченным выражением лица. — Он хочет в тень.

— Я принесу тент, — предложил Реслоу.

Он спрыгнул с валуна и побежал к лагерю. Минелли и Эдвард посмотрели друг на друга и перевели взгляд на незнакомца, распластавшегося на песке.

— Лучше бы нам унести отсюда ноги, — прошептал Минелли.

— Мы остаёмся, — заявил Эдвард.

— Верно.

Удивление на лице Минелли сменилось выражением изумлённого любопытства. Он разглядывал находку, как музейный экспонат.

— Смех, да и только, — наконец заключил он.

— Сделайте ночь, — молило то ли животное, то ли растение…