Здесь Старик открыл неприметный люк, и они оказались в довольно узком, коротком коридоре, оканчивавшемся антигравитационной шахтой. Перегрузки, связанные с ускорением корабля, здесь совершенно не чувствовались, и Вихров понял, что и коридор, и шахта имеют автономные компенсационные антигравы. Шахта тоже была узкой, рассчитанной на одного человека. Поднявшись на три яруса, они остановились на небольшой площадке. Нуль-навигатор снова набрал на небольшой панели короткий код, люк с тихим шипением распахнулся внутрь, и, перешагнув порог, Игорь понял, что оказался в личных апартаментах командира.

«Так вот почему Старик всегда бывает первым в центре управления!..» – мелькнула у Вихрова несуразная мысль, и он невольно улыбнулся.

Командир провел его в знакомый кабинет и, усевшись за стол, показал ему на «гостевое» кресло. Подождав, пока Вихров присядет, Старик включил зачем-то настольную лампу и, отвернувшись в сторону, спросил:

– Ну, что случилось?..

Вихров глубоко вздохнул и на выдохе произнес:

– Командир, я знаю, почему на Гвендлане подняли мятеж!

– Именно это знание заставило вас мчаться в Главный центр управления, рискуя попасть под стартовые перегрузки? – совершенно серьезно поинтересовался Старик, чуть прищурив глаз.

Однако Игорь не смутился. Он посмотрел прямо в глаза нуль-навигатору и спокойно заговорил:

– Мы считали, что гвендландцы взбунтовались от отчаяния. Что поводом для мятежа послужил отказ Земли продолжать эксперимент, начатый пятьсот лет назад… Но даже если повод заключался именно в этом, то какова была цель мятежа? Мы почему-то решили, что у этого восстания никакой цели не было – какая, казалось бы, может быть цель у отчаяния?! Хотя мы могли бы догадаться, особенно после общения с мальчишкой, которого я поднял на «Счастливый случай», что Homo Super ничего не делают без цели, что они… весьма рациональные существа!