- Да, помню. Но нам так и не удалось скопить на лошадь, - вздохнула Карен. - Думаешь, мне было просто взрослеть рядом с надоедливой маленькой сестренкой, которая вечно ходила за мной по пятам и пыталась повторять все, что делала я?

- Никогда не была надоедливой.

- Очень даже была.

- Нет, не была. Я обожала тебя. Я преклонялась перед тобой.

- Знаю. И хочу тебе сказать, что мне от этого не становилось легче. Думаешь, это просто, когда перед тобой преклоняются? Когда всегда и во всем являешься образцом? Боже мой, если в старших классах мне приходила в голову мысль расслабиться, я непременно должна была куда-нибудь смыться, иначе моя чертова сестренка обязательно занялась бы тем же самым.

- Неправда. Ты никогда так не делала.

- Открой глаза - еще как! А ты всегда наступала мне на пятки. Что бы я ни предпринимала, я знала, что ты будешь тут как тут и все в точности повторишь за мной. Я прилагала все силы, пытаясь уйти вперед, но ты, черт бы тебя побрал, все время с легкостью шагала следом. Ты всегда была умнее меня - и ты это знаешь, не так ли? Ну и каково мне было, как ты думаешь?

- Хорошо, ну а я? Думаешь, мне было просто? Расти рядом с мертвой сестрой - что бы я ни сделала, всегда получалось так: «Как жаль, что ты не можешь быть больше похожа на Карен», или «Карен сделала бы это не так», или «Если бы только Карен…» Как я себя при этом чувствовала, как ты считаешь?! Именно мне всю жизнь мерилом был ангел.

- Жизнь тяжела, сестренка. Но все же лучше, чем смерть.

- В самом деле, Карен, я любила тебя. Я люблю тебя. Почему тебе надо уходить?

- Знаю, сестренка. Знаю. Но так надо. Прости меня. Я тоже тебя люблю, но мне действительно пора исчезнуть. Ты отпустишь меня? Сможешь теперь быть самой собой и перестанешь пытаться быть мной?