Командир корабля пристально смотрел на результаты рентгеноскопии двигателя. Четыре утра. Этой ночью поспать больше не удастся: в шесть нужно лететь в Вашингтон, отчитываться перед Конгрессом.

- Решение за вами, капитан, - напомнил о себе бортмеханик. - Рентгеноскопия не выявила никаких дефектов, но они могут оказаться скрытыми. При заданных параметрах полета от двигателей не потребуется сто двадцать, так что, даже если и есть какое-то повреждение, лопасти все рано должны выдержать.

- И сколько времени мы потеряем, если возьмемся перепроверять двигатели?

- Если все в порядке, потеряем день. Если нет - два или три.

Капитан Стэнли раздраженно забарабанил пальцами. Он терпеть не мог ситуаций, вынуждающих принимать скоропалительные решения.

- Какой порядок действий предписан в обычной ситуации?

- В обычной - мы бы перепроверили.

- Так и поступайте.

Стэнли вздохнул. Еще одна задержка. Где-то там, далеко, кто-то надеялся, что он прилетит вовремя. Конечно, если этот кто-то все еще жив. Если оборвавшийся радиосигнал не означает катастрофический отказ и других систем тоже.

И если нашелся способ выжить без кислорода.

На Земле это называлось бы марафонским бегом. На Луне же - просто непринужденным размашистым шагом. После первого десятка миль ритм установился, и теперь движение напоминало одновременно ходьбу, бег трусцой и прыжки кенгуру в замедленной съемке. Самым страшным врагом оказалась скука.

Сокурсники Триш по академии, завидующие, что только ее одну выбрали для участия в полете, смеялись над экспедицией, которая должна была проходить в нескольких километрах от Луны, но не предусматривала высадки на планету. И вот у Триш есть шанс увидеть Луну так близко, как еще не удавалось никому! Интересно, что однокурсники думают теперь? Сколько она сможет порассказать - если, конечно, выживет. От мечтаний Триш отвлек сигнал, предупреждающий о низком напряжении.