А ведь он был укрыт за бесформенным щитом, непроницаемым для всех видов лучистой энергии. Но кривые линии вдруг выпрямились, появились острые углы. Теряя разум от страха, пришельцы воочию наблюдали, как голубоватое свечение, испускаемое сферой, легко пронизало все защитные барьеры и прошло сквозь сам корабль, полностью нейтрализовав заключенную в нем энергию. Все как бы оцепенело. Горячее так и осталось горячим, холодное — холодным, открытое — не закрывалось, — закрытое — не открывалось. Предметы замерли, навеки застыли.

«Так что уходите и больше не возвращайтесь».

Чужаки бросились наутек и с тех пор больше не появлялись, хотя прошло уже пять Больших Лет, что примерно соответствует ста двадцати пяти тысячам Малых, единице измерения времени, вышедшей за своей ничтожностью из употребления. И теперь я могу твердо заявить, что сказанное мною еще давным-давно Роалу и Тресту, как и слова самого Роала, — чистая правда: это был Венец Эволюции. Миллионы существ, представляющих собой первородную силу и чистый разум, заселили планеты этой Системы, а я — Первая Машина, применившая Конечную Энергию аннигиляции материи, — сегодня тоже последний представитель своей расы. Эти мои воспоминания будут по окончании вручены одному из этих существ энергоразума и отправлены в прошлое Земли.

Выполнив свою задачу, я, Ф-2, по примеру Роала и Треста воссоединюсь со своими сородичами, канувшими в небытие, поскольку сегодня мой вид столь же слаб и неэффективен, какой являлась раса Роала и Треста в сравнении с нами. Время потрепало меня, развился процесс окисления, но они, энергосущества, вечны и всезнающи.

События изложены мной в виде рассказа. Так лучше, поскольку человек — такое животное, для которого надежда столь же необходима, как пища или воздух. Но уточняю: все вышеизложенное — это сгусток сведений, извлеченных из архивов и записанных на тонких металлических листочках, а не выдумка. Мне кажется, что это стоит подчеркнуть.