В Штабе Галактического Флота так и не узнали, почему капитан Терэтис принял нестандартное решение и даже о том, что случилось с "Расправившим крылья". Голубые Маги знали об этом, но информировать Технодетей о деталях вовсе не собирались - хотя бы потому, что обстоятельства гибели звездолёта показались им несколько странными.

Гиперкапсула успела отделиться от умиравшего в огне корабля, но цели своей она почему-то не достигла - что-то ей помешало. Бывает. Ведь даже брошенная в океан после кораблекрушения бутылка с посланием может утонуть. Или прибой разобьёт хрупкий сосуд о прибрежные скалы…

Благообразно седой человек, сидевший за огромным письменным столом, заложенным аккуратными стопками книг и журналов и увенчанным монитором компьютера, прямо-таки излучал уверенность, приобретённую за десятилетия споров со своими учёными коллегами на самые разные темы; диспутов, в которых эрудиция и логика зачастую пасуют перед апломбом общепризнанного авторитета. Хотя и с логикой, и с эрудицией у этого человека явно было всё в порядке - профессорское звание обязывает.

Его молодой (точнее, неопределённых лет) собеседник почтительно ждал, что скажет мэтр. Лицо молодого человека выглядело несколько странно: казалось, черты его подёрнуты тонкой плёнкой текучей воды и всё время неуловимо меняются. Впрочем, мало ли что может показаться. К тому же гость учёного был журналистом, а это, как известно, профессия очень нервная.

– Я очень внимательно прочитал всю подборку ваших материалов, - чуть вальяжно произнёс профессор, заинтересованно-доброжелательно оглядывая своего гостя. - Мне бы не хотелось, чтобы вы считали меня этаким брюзгой-скептиком или замшелым ортодоксом, неспособным взглянуть на вещи непредвзято…

– Что вы, - поспешил вставить его визави, - я вовсе так не думаю! Ваше мнение для меня чрезвычайно важно, поэтому-то я именно к вам и обратился.