Земля содрогнулась. С громким эхом из «Энтерпрайза» вырвалась слепящая вспышка.

На экране трикодера Килбурна Райкер увидел знакомое изображение на дисплее.

– Кем бы они там ни были, они постоянно сканируют эту территорию. Они точно знают расположение каждого из нас.

Килбурн уставился на Райкера. По его осунувшемуся лицу струились дождь, грязь и кровь.

– Коммандер, нам надо отступить. В лес.

Бару напряженно застыла около Райкера. Райкер посмотрел на инженерный шаттл. Он уже не мог летать. Но он мог не только летать.

– На этом челноке еще остались инженерные заряды? – резко спросил Райкер. На челноке обычно находилось четыре маломощных фотонных торпеды для расчистки орбитального мусора, причем возможен был режим стрельбы залпом по две.Но Килбурн посмотрел на Райкера как на сумасшедшего:

– Вы шутите?!

Райкер схватил главного инженера за форму и притянул к себе. Мокрая ткань смялась в его кулаках. Он не обращал внимания на начавшиеся протесты собравшейся вокруг него команды Килбурна.

– Звездный Флот не убегает, – прорычал Райкер.

Он выхватил у Килбурна трикодер и отдал его Бару.

– Мне нужно, чтобы обе торпеды были подготовлены к атмосферному взрыву. Сделайте это вручную, иначе это отразится на вражеских сенсорах.

Взволнованный голос Килбурна дрогнул:

– Как только вы включите систему наведения челнока, противник нас испепелит.

– Возможно, – мрачно ухмыльнулся Райкер. Затем он повернулся спиной к Килбурну и начал объяснять Бару, как с помощью трикодера открыть торпедный отсек шаттла.

Торпедные аппараты были подготовлены к одновременному включению, наведению и запуску меньше чем за две минуты.

И на протяжении этого времени не ослабевала атака неизвестных нападавших. Тарелка «Энтерпрайза» развалилась на три части. На каждой вскрытой палубе полыхал огонь.