Морган открыл ящичек стола и вынул карандашные наброски.

– Узнаете? – спросил он, протянув один рисунок Торну.

– Ваш помощник… Как вы его назвали – Бойд?

– Совершенно верно. Используя мысли Лал-Вака, я набросал портрет Фрэнка Бонда. Короче говоря, я отыскал его в лагере золотоискателей, на Аляске. Он заинтересовался моим предложением… И вот результат: сейчас он на Марсе.

– Но… я же только что его видел!

– Вы видели тело Фрэнка Бойда, которое занято сейчас марсианином по имени Сель-хан. Тело Сель-хана на Марсе занято землянином Фрэнком Бондом. Однако я совершил ужасную ошибку.

– Какую же?

– В лихорадочной спешке найти добровольца я не удосужился разузнать побольше о Фрэнке Бойде. Сель-хан охотно сотрудничал со мной и Лал-Ваком, но Фрэнк Бойд, оказавшись на Марсе, тут же разорвал контакт – а восстановить его без добровольного сотрудничества Бойда невозможно. Хуже того, я узнал от Лал-Вака, что Бойд связался с группой марсиан, которые стремятся захватить власть над всей планетой и превратить Марс в свою империю. Марс сейчас находится на той стадии социального развития, которая примерно соответствует нашим средним векам, хотя во многих отраслях науки марсиане намного превзошли нас. Однако их цивилизация отнюдь не техническая, и авантюрист с задатками воина или интригана там далеко пойдет.

Гарри Торн ухмыльнулся.

– Дайте-ка я сам угадаю конец вашей истории. Вы послали на Марс отвратительного типа, подвели своего приятеля Лал-Вака и теперь чувствуете себя обязанным исправить свою ошибку. Вы ввели в свой мыслекомпас новые образцы, и в конце концов один образец…

– Вот этого человека, – кивнул Морган, протягивая Торну другой набросок.

Торн увидел свой собственный портрет, совпадавший до мельчайших деталей.